Вестник Образования России - «НАДО НЕ ПРОСТО ДАВАТЬ УРОКИ, А СТРОИТЬ СПЕКТАКЛЬ РАДОСТИ»   

19.07.2018

Интервью с руководителем Международного центра гуманной педагогики, научным руководителем лаборатории гуманной педагогики Московского городского педагогического университета, действительным членом Российской академии образования, д.псх.н., профессором, лауреатом премии Правительства Российской Федерации Шалвой Александровичем АМОНАШВИЛИ

Мы читали, что около пятидесяти лет тому назад Вы отказались от своей кандидатской диссертации так как она, вошла в противоречие с Вашими новыми взглядами на воспитание и образование детей. В чем ключевая проблема образования сегодня, по Вашему мнению?

У мировой вершины педагогики Я.А. Коменского в конце жизни вышла книга «Веер мудрости», в которой он начал переоценивать и править некоторые свои мысли. Я не сравниваю себя с ним, конечно, но было время, когда я увидел, что школа не может идти по тому пути, по которому идет. А написанная диссертация как раз была посвящена традиционной школе. Поэтому я просто объявил, что снимаю свою кандидатуру; это был уже другой Амонашвили. Ведь такое происходит каждый день: то, что было вчера, сегодня стало другим.

Сейчас мы загоняем образовательный мир и вместе с ним миллионы молодых людей в тупик. Я с большим трепетом отношусь к российскому образованию, но на сегодняшний момент мы даем якобы знания, добавляем умения и навыки, а потом экзаменуем через ЕГЭ. Но можно ли так воспитать человека для великой страны – для России? Хорошо сдавший экзамены ученик, поступивший в МГУ им. М.В. Ломоносова – это личность или просто хорошо обученный робот?

Вопросы, которые нам необходимо все время себе задавать: «что нам нужно получить от школы, что мы хотим от наших детей». Школа отошла от цели. В советское время власть ставила перед ней задачу построения коммунистического общества. Она не ставила во главу угла только математику или физику. Можно по-разному относиться к самой идее коммунизма, но идеология и национальная идея играют первостепенную роль. Сейчас государство ставит перед Министерством и образовательными организациями задачи успешного проведения и прохождения учениками единого государственного экзамена. Но разве с помощью баллов можно судить о людях? Вот это меня очень волнует. Без воспитания невозможно прийти к российской идее, к объединению русских людей.

В Вашем понимании, что может стать общей национальной идеей, о которой говорил Президент России В.В. Путин, что может сплотить общество?

Национальная идея должна отразиться в воспитании гражданина страны. Я почитаю К.Д. Ушинского. Он много ездил по разным странам, изучал европейские педагогические практики и писал статьи, которые публиковались в разных журналах России. Во многих его работах прослеживается мысль, что любая школа должна обслуживать свою страну. Любая школа должна защищать дух своей Родины, ее национальный дух.

Если мы говорим о российской школе, она должна воспитывать российских граждан. Не немцев для Германии и не грузин для Грузии, а именно россиян, которые любят и уважают и немцев, и грузин, дружат с ними и знают об их культуре и традициях. Вот такого человека должна выпускать школа – гражданина своей страны!

Россия должна иметь свой дух. Россия – это страна, где ценится духовность. Православие еще держит эту силу духа. Ведь сила духа более мощная, чем любая военная мощь. Ее нельзя ничем победить, а на физическую силу всегда найдется более сильный противник. У Америки тоже есть национальная идея, но она воплощается в деловой хватке, преуспевании, долларе и конкуренции. Я уверен, что Россия не может сорвать покрывало духовности и бросить все свои ценности в угоду частной собственности, богатства и удовольствий. Пусть каждая страна идет по своему пути, оберегая и ретранслируя свои ценности. Если молодежь пойдет по чужому пути, то через 20–25 лет вырастет поколение, для которого Россия не важна.

Хоть кто-нибудь говорит сейчас ребенку: «ребенок мой, ты полон духа, ты всемогущ, ты бессмертная сущность, ты пришел с особым даром»?  Зато все спрашивают, сколько будет пятью пять, ставят примеры на сложение и вычитание и развивают скорость чтения. Получим ли мы из такого ребенка личность, человека, чей дух потом будет развиваться на физике, математике и на всех остальных уроках?

Конечно, в Советское время не было принято говорить о воспитании духовности, само слово «духовность» отторгалось материалистическим миром. Но ведь в последних стандартах прописан термин «духовно-нравственное образование». При этом немногие учителя или директора заняты сейчас тем, чтобы раскрыть смысл духовно-нравственного образования.

Меня угнетает бездуховность в образовании. Сошлюсь на одно замечательное выступление В.В. Путина. Несколько лет назад в Послании Федеральному Собранию он сказал, что России не хватает духовных скреп, чем она всегда была сильна и горда, – взаимопомощи, милосердия, доброты, преданности. Мы сами, пойдя по другому пути, отняли у молодежи эти составляющие. И тут же Президент дал поручение Правительству России разработать программу воспитания и постепенно вводить ее в школы.

Еще одна проблема заключается в том, что молодые педагоги, которые приходят в школу, не могут увлечь ребенка, не могут его мотивировать на учебу. Как Вы считаете, что нужно изменить в системе подготовки педагогических кадров, сделать так, чтобы педагог стал образцом духовности и проводником к самопознанию, самореализации детей?

Вообще педагогический процесс – это субъективный процесс. В нем нет ничего объективного. Учебник не объективен, его составил автор. Методики не объективны – это видение методиста. Об одном и том же явлении можно писать по-разному, под разными углами зрения и разным языком. Даже оборудование и цвет стен субъективны, они отражают вкус директора. Поэтому говорить о развитии фундаментальной науки в школе невозможно. Пусть этим занимаются другие институты. Зато в педагогах заложено нечто большее, чем просто открытия, – искусство. Надо не просто давать уроки, а строить спектакль радости. От личности учителя, его улыбки, лица, характера зависит все. Каким педагог войдет в класс, таким и будут воспринимать его дети! Если ученик полюбит учителя, он полюбит и его предмет, будь то физика или литература.

Поэтому система подготовки педагогических кадров в России хромает, готовить учителей надо не так формально. Мы даем будущим педагогам абстрактную психологию и абстрактную методику. И опираемся на то, будто дети, разинув рты, так и ждут учителей. Будто фразой «сейчас будет физика» можно увлечь. Мы же все время пытаемся загнать всех в некие рамки. И по такой системе получаем, что в учителя приходят двоечники и троечники. А ведь это равнодушные люди! Они не хотят учить детей, они хотят пустые классы. У таких «учителей» никогда не появится в голове или в сердце мысль о воспитании ребенка, они оставляют это на откуп родителям. И их очень много в школах, о чем больно говорить.

В вузах нужно резко изменить подготовку учителей. Надо готовить их сердце и ум. Как можно говорить, что человек познает ребенка, не познав самого себя?! Корни ума должны быть опущены в сердце. Тогда педагог войдет в класс уже другим.

В первую очередь будущий учитель должен понять, что он и есть школа. Школа восходит к латинскому слову, которое означает «лестница». Это лестница для духовного восхождения человека. Надо готовить учителя именно в таком ключе: ты есть школа.

Но ведь и с родителями тоже нужно вести работу. Потому что, может быть, учитель воспринимает свое преподавание как искусство, но приходят родители, которые воспринимают образование как услугу и требуют от учителя показателей. Как этого избежать?

Родители тоже бывают двоечники и троечники. Конечно, они биологически любят детей, и конечно, эта любовь очень сильная. Но ее недостаточно. Мама должна владеть искусством воспитания.

Молодые люди, которым сейчас 16–18 лет, скоро станут родителями. Это большая ответственность. В России каждый третий брак ведет к разводу, потому что никто не говорит людям в школе или в семье, что есть любовь и ее нужно беречь. Что любовь взращивается, как цветок на подоконнике. Поэтому стоит вводить в вузах курс материнства и отцовства, семейного воспитания. Не важно, учится человек на физика или врача, он станет родителем, главная задача которого воспитывать. 

Вот поэтому в стране следовало бы создать мощнейшую сеть повышения родительского чувства, долга, понимая детей. Есть психология управления и есть психология согласия. Первой владеют практически все: кричать и заставлять ребенка делать что-то умеют и дома, и в школе. А вот о психологии согласия учителя и родители ничего не знают. Поэтому они не могут заинтересовать, увлечь детей. Это большая проблема: учителя те же самые мамы и папы, детей в школах учат, а своих не могут воспитать.

В своих выступлениях Вы называете современное поколение детей «детьми света». Что это значит?

Вы, наверное, смотрите хотя бы иногда передачу М. Галкина «Лучше всех». Я ее смотрю с педагогической целью. Смотрю, чтобы познать детей. Конечно, нельзя говорить, что одни дети лучше других. Все дети лучше всех. Нужно даже сказать так: все дети лучше взрослых. На передачу пришел мальчик Тимофей Цой, он потом встречался с Президентом России В.В. Путиным. Мальчик, который знает все страны, все флаги этих стран, их столицы. Знает исключительно все, даже всякие мелочи. Мальчику задали вопрос: «Тимофей, у тебя что, есть какой-то особый способ запоминания?» И мальчик ответил то, что я могу ответить на ваш вопрос: «Нет. Я таким хотел родиться». По логике вещей мы должны улыбнуться и расценить это как насмешку, детский лепет. А ведь таких детей, которые такими «хотели родиться», пришли с особыми мыслями, делами, миссиями, очень много. Как назвать таких детей и откуда они пришли?

Если говорить материалистически, есть две точки – рождение и смерть, все мы родились, все умрем. Нет ничего за этими пределами. Этот материализм и давит сейчас на школу. Этот материализм отрицает воспитание, просит дать детям знания, говорит, что мир сейчас – эпоха знаний. Как будто каждая эпоха не была эпохой знаний!

Но дети приходят в мир уже знающие. Есть прекрасные методы исследования, которые подтверждают, что дети-аутисты знают Ветхий Завет. И трактуют его трехлетние, пятилетние, семнадцатилетние люди. Когда их спрашиваешь, они отвечают: «Там научили нас».

Есть высший мир, и я в него верю. Есть Бог, есть более развитые цивилизации, есть более развитые культуры. Космос обитаем. Нет ничего необитаемого в мире, и нет пустого места в космосе. Любая планета имеет свой образ жизни. Такой же, как наш, или более развитый, или менее развитый. Отсюда я делаю вывод, что дети пришли к нам из разных миров, и они очень талантливы. Это «дети света».

Что за «дети света»? Этот поток детей, которых мы получаем с 90-х годов, очень талантливые, многогранные, с необычными способностями. Такой же необычный поток пришел в конце 50-х – начале 60-х годов – дети-акселераты. Они перевернули наше сознание, наш образ жизни. Они создали мобильные телефоны, компьютеры, интернет.

И это правда, у кого есть глаза, тот увидит, у кого нет – почувствует. Это другое поколение детей. Поэтому у нас умножились проблемы, особенно проблемы управления. Почему учителя кричат, что дети гиперактивны? Эти дети, действительно, по-другому активны. Им скучно в школе. И даже с родителями бывает скучно. И они ищут, как разорвать эту скуку, как обрести жизнь. И в этом поиске проявляют некие вещи, которые нас волнуют и нас смущают. У нас новые дети и старая педагогика.

Учителя вызывают родителей и просят что-то сделать с гиперактивным ребенком, успокоить его. Педагог не хочет искать метода, чтобы такой ребенок смог пойти дальше, ему проще прекратить гиперактивность ребенка. Но это уже не является воспитанием, тем более воспитанием личности. Вот и получается, что умножаются суициды, наркомания, курение, правонарушения среди детей. Потому что большинство из них не нашли свою среду, которая их принимает, обласкивает и дает то, ради чего они пришли в этот мир. Они ведь такими хотели родиться.

Что сделает учитель Тимофея Цоя, когда он придет в школу? Начнет с нуля. Как будто ребенок ничего не знает. И хватит ли у учителя терпения, культуры, знания, чтобы этому мальчику помочь идти дальше, превратить маленькую лодочку в большой корабль?

Как Вы считаете, мальчиков и девочек нужно учить вместе или все-таки раздельно? Вообще, отличается педагогика по гендерным признакам?

Я закончил русскую школу, нас разделили в 1942 году, потому что думали, что война будет длиться долго, и мальчиков нужно готовить к ее нуждам. В 50-м году я начал работать в школе, и дети опять были разделены, так что я начал работать в школе для мальчиков. Спустя год детей снова объединили! Сейчас эта проблема опять всплывает. Некоторые директора школ, особенно частных, считают гендерное разделение в обучении своим достижением.

Мой опыт, мои взгляды говорят мне, что мы должны держать детей в школах так же, как природа держит нас, – вместе. Ведь на улицах женщины не ходят по одной стороне тротуара, а мужчины – по другой. Хотя по логике вещей такое может быть, чтобы мужчины не смотрели на женщин и не оглядывались.

Природа создала нас как единое целое. В Новом Завете говорится: «И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божию сотворил его; мужчину и женщину сотворил их». Получается, слово «человек» вмещает в себя мужчину и женщину как единое целое. И сказано еще: «Посему оставит человек отца своего и мать и прилепится к жене своей, и будут двое одна плоть». Поэтому давайте не будем философствовать на эту тему.

Если мы ждем рукопашную войну, тогда, конечно, нужно разделять обучение, чтобы учить мальчиков русскому рукопашному бою. Если создаем кадетский корпус (где все-таки встречаются девушки) или пансион благородных девиц, тогда, конечно, нужно разделять. Но я не сторонник того, чтобы увлекаться таким разделением.

В своих работах Вы применяете термин «быстроходы». А можно ли Вашу гуманную педагогику назвать «быстроходом» отечественного образования? Назовите столпы, на которых стоит гуманная педагогика?

Я бы не стал называть гуманную педагогику моей. Ибо ее веками создавали классики. От Я.А. Коменский, И.Г. Песталоцци, Ж.Ж. Руссо, К.Д. Ушинский, Н.И. Пирогов, А.С. Макаренко, В.А. Сухомлинский и многие другие. Как Храм Василия Блаженного строили разные архитекторы в разные времена. И в итоге получилась такая красота! Вот и гуманная педагогика – достояние этой классики. Они просто не называли свою педагогику гуманной. Это я назвал ее так.

Люди не до конца это понимают, что означает гуманность. Может быть, вы тоже думаете, что это только уважать и любить людей, делать им добро, быть милосердным, помогать людям. Конечно, все это нужно делать.

Но есть солнце, а есть тени. Если я встану, тень моя ляжет передо мной. Это будет моя тень, но моя тень не есть я. Я – это другое, я – это то, что внутри меня. Также и гуманная педагогика не только доброта, чуткость и отзывчивость. Это лишь тень этой педагогики, а источник – это слово из санскрита, которое в переводе означает «смертный, который ищет в себе свое бессмертие», «смертный, который ищет в себе связь с Богом», «смертный, который находится в самопознании». Человек, который погружается в себя и задается вопросом: кто я, откуда я пришел, зачем я здесь, что я тут должен сделать, куда я должен уйти. Если эти вопросы возникают у человека, он умный. Ведь «гуманный» происходит от того же корня.

Вот о такой педагогике идет речь. Не о том, что учитель должен быть добрым, чутким, не ставить «двойки», это лишь тень. Это не выдуманная педагогика, таких учителей[1] не много. Моя задача – умножать таких людей, таких мам, пап, бабушек, дедушек, теть, дядь, прохожих, потому что дети на улице воспитываются тоже. Все, что они видят, воспринимается ими. Тогда мы все выиграем.

Что Вы могли бы пожелать нашим читателям?

Мне очень обидно, что школа отходит от воспитания, что в главу угла ставится вопрос обучения. Мне жалко, что многие директора не знают, что означает само слово. Для них школа – просто учреждение, а не лестница для духовного восхождения человека. Мое пожелание в этом и заключается – пусть директор школы, пусть каждый учитель умножит в себе цвет духовности, принесет больше улыбок и больше радости детям. Пусть любит детей тонко и чутко. Пусть расцветет в школе духовность. Ведь бездуховная школа губит детей. Духовность – это вера. А вера – это любовь, устремленность, преданность, высочайшая культура нравов, следование определенному пути, которое несет благо. Зачем школа, если в ребенке не родится великодушие и благородство. Если школа выполнит свою истину – взрастит человечность в человеке – то она будет достойна держать дух нации.

[1] На гуманной педагогике, в частности, построен процесс преподавания в Гимназии № 38 городского округа Тольятти Самарской области, об опыте работы которой в 2017 году редакцией было выпущено Приложение.