Вестник Образования России - ВЫДАЮЩИЙСЯ РУССКИЙ И СОВЕТСКИЙ ПЕДАГОГ С.Т. ШАЦКИЙ (К 140-ЛЕТИЮ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ)   

27.06.2018

Ведущий научный сотрудник Центра истории педагогики и образования ФГБНУ «Институт стратегии развития образования РАО», доктор исторических наук, профессор ПОЛОВЕЦКИЙ СЕРГЕЙ ДМИТРИЕВИЧ

Отмечая 140-летие со дня рождения С.Т. Шацкого, представляется целесообразным обратиться к оценке его личности и деятельности, данной ведущим российским ученым в области истории отечественной педагогики и образования, членом-корреспондентом РАО М.В. Богуславским: «Отечественную педагогику невозможно представить без С.Т. Шацкого. Он по праву является одним из самых признанных деятелей народного образования, более того – самых любимых. По большому счету можно сказать, что С.Т. Шацкий – это совесть российского учительства, хранитель и продолжатель его лучших традиций» [1, с. 117]. И с этим положением невозможно не согласиться.

Станислав Теофилович Шацкий родился 13 июня 1878 г. на Смоленщине в семье военного чиновника. В 1881 г. семья Шацких переехала в Москву. В 1896 г. Станислав окончил Шестую московскую гимназию, которая считалась в то время одной из лучших в Москве (в настоящее время в здании гимназии располагается Информационный центр «Библиотека имени К.Д. Ушинского» РАО). Вместе с тем юноша увидел и осознал, что в классической гимназии ученик не имеет возможности в полной мере, свободно реализовать свои способности, талант, потребности и интересы.

В 1893 г. С.Т. Шацкий поступил на математический факультет Московского университета, затем – в Петровскую (ныне Тимирязевскую) земледельческую академию, обучаясь в которой стал одним из любимых учеников академика К.А. Тимирязева.

Во время учебы значительное влияние на С.Т. Шацкого оказала русская классическая литература, а также знакомство с педагогической теорией Л.Н. Толстого, опытом его работы в Яснополянской школе для крестьянских детей. В 1899–1901 гг. юноша занимался в Московской консерватории по классу вокала. Одновременно с большим успехом гастролировал по России, его репертуар драматического тенора включал огромное количество романсов и песен, оперных партий. Молодой талант был приглашен в труппу Большого театра. Человек высокой культуры, личность творческая, одаренная – С.Т. Шацкий мог пойти разными путями для реализации своих многогранных способностей.

Однако С.Т. Шацкий свой жизненный путь определил – педагогика, образование, дети. И первый урок, который он дает нам, – педагог, учитель должен быть всесторонне образованной, развитой, гармоничной личностью, только тогда его ждет настоящий успех.

В начале творческого пути важной стала встреча молодого педагога с архитектором А.У. Зеленко, вернувшимся из заграничной поездки и предложившим реализовать на российской почве аналог просветительного общества по работе среди детей и взрослых «Сетлемент» (англ. sentlement – поселение).

Первой попыткой реализации этой идеи стало создание в 1905 г. маленькой сельской коммуны. Так начала свою работу Щелковская коммуна-колония с трудовым и художественным образованием и воспитанием, детским самоуправлением.

Следующий шаг был сделан в том же году, когда в московской Марьиной роще С.Т. Шацкий и А.У. Зеленко создали детский клуб, который объединил уже действовавшие там кружки, а на пожертвования московских предпринимателей-меценатов – братьев Сабашниковых, Кушнеревых, Морозовой – по проекту А.У. Зеленко для него было построено новое здание.

Ядром педагогического коллектива стали выпускники Московского университета Е.А. Казимирова, К.А. Фортунатов, Л.К. Шлегер, Н.О. Массалитинова, а также окончившая Московскую консерваторию по классу рояля В.Н. Демьянова, которая впоследствии стала женой С.Т. Шацкого. Все они были яркие и одаренные личности, внесшие значительный вклад в развитие российской педагогической мысли и отечественного образования.

Важно отметить, что С.Т. Шацкий во время своих зарубежных поездок подробно изучал школьное дело, критически оценивал западные педагогические теории и пришел к выводу об использовании зарубежного опыта через призму отечественных традиций образования и воспитания. «Нам было ясно, – подчеркивал он, – что простая пересадка заграничных образцов на русскую почву имеет мало цены» [2, с. 120].

Изучение западного опыта утвердило С.Т. Шацкого в мысли о том, что реализация намеченных планов не должна ограничиваться только хорошим техническим оснащением школ и четкой организацией учебного процесса. Для подлинного успеха в учебе и воспитании – считал педагог – необходимо активное творческое знакомство детей с миром и его освоение, которое невозможно без оригинальных идей и замыслов, рожденных на российской, национальной почве: «Я заграницу только почитаю за устойчивость и практику, а им не хватает идей свежих, широких» [3, с. 228].

Поэтому в проекте российского «Сетлемента», который С.Т. Шацкий назвал своим «первым педагогическим делом» [4, с. 55], реализовывалась идея «детского царства», в котором все подчинялось главной цели: создать максимально благоприятные условия для всестороннего развития детей. Здесь мы видим, что вместе с попыткой включиться в процесс поисков и реализации идей мировой педагогики, в основу деятельности «Сентлемента» были положены основополагающие идеи и традиции отечественной педагогики: общественно-полезный труд, детское самоуправление, неподдельный интерес к личности детей, повседневный и повсеместный учет их интересов, запросов.

Несмотря на то, что «Сетлемент» вызвал большой интерес в обществе и педагогических кругах, получил серебряную медаль на Промышленной выставке в Петербурге, 1 мая 1908 г. он был закрыт за «попытку проведения социализма среди детей», а С.Т. Шацкий арестован.

Однако начавшийся новаторский педагогический процесс остановить уже было невозможно. В том же году, благодаря усилиям С.Т. Шацкого и его коллег, было создано новое общество – «Детский труд и отдых», продолжающее и развивающее традиции новаторской педагогики.

В 1911 г. член общества «Детский труд и отдых», известный общественный деятель М.К. Морозова предложила С.Т. Шацкому и его сотрудникам организовать на пустующем участке ее имения в Калужской губернии детскую колонию, которая получила название «Бодрая жизнь». Непосредственной целью ее создания была организация летнего отдыха членов Марьинского клуба, приобщение детей к труду, самоуправлению, всемерное развитие их творческих способностей.

Вскоре основой всей жизни колонии стало гармоничное сообщество детей и взрослых, строившееся на принципах общественного самоуправления. В результате решались глобальные, стратегические задачи: осуществлялась взаимосвязь учебной, воспитательной, трудовой и эстетической деятельности, выстраивались и гармонизировались взаимоотношения воспитателей и воспитанников, отслеживалась динамика развития детского сообщества. Реализовывались принципы организации новой, прогрессивной школы: привлечение детей к сотрудничеству, вовлечение учащихся в совместную и продуктивную деятельность, связь школы с действительностью, с конкретными проблемами ребенка. Таким образом, на основе опытной экспериментальной площадки (станции) по детскому обучению и воспитанию закладывалась новая для России модель трудовой школы, школы-коммуны, которая получит свое всестороннее воплощение и развитие в годы советской власти.

Февральскую революцию 1917 г. С.Т. Шацкий встретил с надеждой на обновление старой школы, а Октябрь не принял. Однако затем он воспользовался предложением Н.К. Крупской и А.В. Луначарского о сотрудничестве.

В 1919 г. С.Т. Шацкий создал знаменитую Первую опытную станцию по народному образованию Наркомпроса РСФСР – уникальное в истории отечественной педагогики учреждение, которым руководил вплоть до его закрытия в 1932 г. По всеобщему признанию станция стала лучшим опытно-экспериментальным учреждением в стране в те годы, оказавшим значительное благотворное влияние на разработку теории и практики единой трудовой советской школы.

Станция имела два отделения – городское в Москве, расположенное на территории целого района столицы, поскольку в него входили четырнадцать начальных школ, две средние, школа-колония «Бодрая жизнь», детские сады, читальни. И деревенское в Калужской губернии – пятнадцать школ первой ступени, школа второй ступени и школа-колония «Бодрая жизнь», четыре детских сада, бюро по изучению края, педагогические курсы, педагогический центр. Сельское население всемерно вовлекалось в жизнь школ: для него читались лекции, оказывалась помощь в ведении хозяйства.

Основным назначением станции было изучение взаимовлияния среды и всестороннего развития детей, трудового воспитания, создания здорового детского коллектива, самоуправления учащихся. Большое внимание уделялось формированию творческого начала у детей, пробуждению в них потребности к повседневному самостоятельному поиску. С.Т. Шацкий любил говорить детям: «Ты сам до этого дойди».

В результате станция стала своеобразным общероссийским полигоном, экспериментальной площадкой для педагогических работников дошкольных и школьных учреждений, культурно-просветительных организаций, где на основе единой исследовательской программы разрабатывались и апробировались прогрессивные формы и методы обучения и воспитания. Таким образом, был создан педагогический комплекс, уникальный по замыслу и масштабам, в котором удалось реализовать главную сверхзадачу коллектива – «организацию всей жизнедеятельности ребенка» [5, с. 75–76].

Работа станции получила большой позитивный резонанс как в отечественной, так и в мировой педагогике. Известна высокая оценка, которую дал знаменитый американский философ и педагог Д. Дьюи, посетивший Первую опытную станцию в конце 1920-х гг.: «Я не знаю ничего подобного в мире, что могло бы сравниться с этой колонией» [5, с.76]. Его поразил удивительный энтузиазм педагогов, учителей и учащихся, сплоченных идеей построения новой школы. В результате Д. Дьюи публично отказался от своего негативного, предвзятого отношения к происходящим переменам в России, которое у него сложилось до посещения страны.

К сожалению, любимое детище С.Т. Шацкого постоянно находилось под угрозой расформирования. Не прекращалась критика новатора как «представителя правого крыла московских педагогов», как толстовца. В 1932 г. во исполнение партийных решений о советской школе станция С.Т. Шацкого была закрыта. По признанию педагога, его «с кровью оторвали от любимого дела». Созданные по образцу Первой опытной станции другие аналогичные учреждения Наркомпроса просуществовали до 1936 г. и тоже прекратили свою работу.

В 1932–1934 гг. С.Т. Шацкий руководил Центральной экспериментальной лабораторией Наркомпроса РСФСР и одновременно был директором Московской консерватории до своей скоропостижной смерти 30 октября 1934 г.

Этот совсем небольшой период педагогической деятельности С.Т. Шацкого также является примером верности своим педагогическим и жизненным идеалам, глубокого знания и творческого подхода к делу. При консерватории по его инициативе была открыта Школа высшего художественного мастерства, первыми аспирантами которой были будущие музыканты с мировым именем. С.Т. Шацким также была организована Особая детская школа для одаренных детей. Ныне это Центральная музыкальная школа при Московской консерватории им. П.И. Чайковского.

На последовавшие десятилетия наследие С.Т. Шацкого было предано забвению. Внимание к педагогу-новатору стало возрождаться с конца 1950-х гг., когда появились первые публикации, посвященные его деятельности[6]. В 1962–1965 гг. Академией педагогических наук РСФСР были изданы педагогические сочинения С.Т. Шацкого в четырех томах, а в 1980 г. издательством «Педагогика» – двухтомник избранных педагогических сочинений. Творчество С.Т. Шацкого стало предметом изучения в педагогических вузах студентами и учителями в школах. Заметен интерес к творчеству С.Т. Шацкого за рубежом, где обращаются к его педагогическому опыту, издаются и переиздаются произведения ученого.

Сегодня внимание к личности и деятельности замечательного ученого и практика все более возрастает, поскольку его педагогические дарования и интересы были бесконечно разнообразны. Они включают в себя все основные вопросы дидактики, дошкольного и школьного воспитания, становления и развития детского коллектива, политехнического обучения и трудового воспитания, изучения и обобщения прогрессивного зарубежного и отечественного педагогического опыта. Важно и то, что С.Т. Шацкий всегда непримиримо боролся с равнодушием, формализмом и рутиной в педагогическом деле: «Серость жизни для детского возраста, для подростка и юноши является настоящим ядом» [4, c. 281].

Весьма актуально звучат идеи педагога о целостности и единстве педагогического процесса, в котором нет разделения на урочное и внеурочное время, а социализация личности, общественно-полезный труд, искусство и игра занимают в нем достойное место, являясь важнейшими видами преобразования окружающей среды.

По выражению М.В. Богуславского «Главная заслуга С.Т. Шацкого состоит в том, что он впервые в России целостно рассмотрел влияние условий среды на социализацию ребенка. Ему также принадлежит первенство в выработке таких вопросов, как самоуправление школьников, лидерство в детском сообществе и, конечно, главное – деятельность школы как комплекса учреждений, реализующих преемственность и целостность в воспитании» [1, с. 121].

Сегодня мы с полным основанием и уверенностью можем сделать вывод о том, что выдающийся русский и советский педагог, один из основоположников экспериментальной педагогики С.Т. Шацкий достиг в своей работе впечатляющих успехов. Он был человеком своего времени, первопроходцем, чьи идеи переросли эпоху и оказывают мощное воздействие на дальнейшее развитие педагогической теории и практики в XXI веке.

Литература

  1. Богуславский М.В. Подвижники и реформаторы российского образования: историко-биографические очерки. – М.: Просвещение, 2005. – 191 с.
  2. Степанова Л.А. С.Т. Шацкий в зеркале духовных исканий ХХ века // Педагогика. – 2009. – № 1.
  3. Шацкий С.Т. Педагогические сочинения в 4 т. Т. 4. – М.: Просвещение, 1965. – 328 с.
  4. Шацкий С.Т. Педагогические сочинения в 4 т. Т.1. – М.: Просвещение, 1962. – 504 с.
  5. Богуславский М.В. Станислав Теофилович Шацкий // Вестник образования. – 2006. – № 2.
  6. Бершадская Д.С. Педагогические взгляды и деятельность С.Т. Шацкого. – М.: Изд-во Академии педагогических наук РСФСР, 1960. – 264 с.